×

Пестяковское благочиние



Глава 1. Деятельность протоиерея Алексея Порфирьева в области религиозно - нравственного воспитания подрастающего поколения.

Введение

Эпоха на рубеже XIX–XX столетий навсегда останется в сознании русского человека как завершающая страница истории дореволюционной России. Трагические события, которым предстоит осуществиться в скором времени, повернут ход развития государства Российского в совершенно другое русло.

Это была эпоха, полная противоречий, она несла в себе отпечаток разлаженности и неспокойствия, поселившихся в душах людей. И всё же это было время, когда в человеческом сердце жила глубокая вера в Бога, Божьи Заповеди остались единственными важными ориентирами для русского человека.

Проблема воспитания подрастающего поколения всегда была особенно актуальной. Необходимость решения этого вопроса назрела в обществе на рубеже XIX-XX веков, когда революционные идеи коснулись большей части молодёжи. Не случайно с начала 90-х годов XIX века появляется новый тип школ – "Церковь-школа", содержание которой основаны на принципах народности и православия, которая должна воспитывать религиозное чувство , больше сообщать ему жизненных, практических навыков.

И большая роль в создании такой школы принадлежит нашему земляку протоиерею Алексею Порфирьеву. Он принимает активное участие в создании павильона "Церковь – школа" на XVI Всероссийской промышленно–художественной выставке, где были представлены последние достижения православной педагогики.

Отец протоиерей Алексей Порфирьев, кандидат богословия, талантливый педагог, преподававший в Нижегородской духовной семинарии, епархиальном женском училище, Мариинской дворянской женской гимназии. Был хорошо известен и своей обширной научно-просветительской деятельностью: он состоял в Нижегородской губернской учёной архивной комиссии и Церковно-археологической комиссии, являлся членом ряда православных братств.

Протоиерей Алексей Порфирьев всей душой болел о судьбе России. Главная забота этого пастыря – забота о будущем поколении страны, о том, чтобы как можно больше молодых нижегородцев получили хорошее образование, а главное – были тверды в вере Христовой. Он был уверен в том, каким будет будущее поколение страны, такой будет и Россия.

Сегодня именно традиционно-православная форма воспитания позволяет сохранить понятия о семейных ценностях, учит нас жить по заповедям Божьим, помогает нам противостоять влиянию западного "либерализма". Одной из форм такого воспитания являются приходские воскресные школы, которые во многом переняли традиции православной педагогики.

При работе над данной темой автор поставил пере собой следующие цели:

  1. Выяснить, в какой степени "Церковь-школа" являлась новым этапом в развитии православной педагогики.
  2. Показать созидательную роль протоиерея Алексея Порфирьева в духовном укреплении и религиозно-нравственном воспитании молодёжи.

Для этого было необходимо решить следующие задачи:

  1. Изучить педагогическую и общественную деятельность протоиерея Алексея Порфирьева.
  2. Показать, какой вклад внёс Алексей Порфирьев в организацию павильона "Церковь-школа" на Всероссийской промышленно-художественной выставке.
  3. Исследовать основные виды деятельности церковно-приходских школ на примере опыта работы павильона "Церковь – школа".

1.1 Педагогическое и общественное служение Александра и Алексия Порфирьевых

Протоиерей Алексий родился в 1856 г. в многодетной семье крестьянина Симбирской губернии Порфирьева Александра Николаевича. Это был удивительный человек. С молодых лет Александра Николаевича влекло страстно к ниве педагогической, и открыл он вначале небольшую — всего на несколько ребятишек — сельскую школу, в которой и был сам единственным учителем. А по воскресеньям после службы в церкви собирали Порфирьевы своих учеников и угощали крепким горячим чаем, на всю округу своим медом. Женился Александр Николаевич на дочери священника — Дарье Терентьевне, которая была отличной хозяйкой в доме, но, к сожалению, умерла она рано и оставила на руках мужа двух сыновей и трех дочерей. Так что приходилось псаломщику крутиться, как белке в колесе, чередуя церковную службу с занятиями в школе, где посадил за парту дочь Анну сыновей Александра с Алексеем.

Слух о сельской школе Порфирьевых распространился далеко за пределы уезда и достиг самого Симбирска. Однажды в Можаров Майдан прибыл на государственном (или, как тогда говорили, казенном) экипаже господин, оказавшийся директором народных училищ Симбирской губернии статским советником И.Н.Ульяновым. С большим интересом осмотрел он школу, побеседовал с учениками, проверил их знания и остался весьма удовлетворен. Александр Николаевич пригласил высокого гостя домой на обед. Говорили о различных делах до позднего вечера, так что пришлось статскому советнику заночевать в доме сельского учителя. При расставании он пригласил Порфирьева в Симбирск, пообещал помочь раздобыть необходимые учебники и глобус.

По осени повез Александр Николаевич старшего сына в гимназию. В Симбирске заехали к директору училищ: тот принял радушно, познакомил со своей семьей. После обеда долго пили чай с медом, который в подарок Ульянову привезли из села. Определив мальчика в гимназию, Порфирьев при содействии своего неожиданного покровителя получил все нужные книги и глобус. Домой вернулся чрезвычайно довольный. Спустя некоторое время директор народных училищ предложил ему, как имеющему опыт, помочь в открытии подобных школ для сельских детей , посулив похлопотать о награждении Порфирьева орденом. Это было в соответствии с указом Правительствующего Сената от 1868 года «О предоставлении лицам духовного звания права на получение ордена Святой Анны третьей степени, по статусу, за труды по народному образованию». В одном из путеводителей сообщается, что директор народных училищ лично содействовал процветанию школы в Можаров Майдане. Порфирьев рассказывал сыновьям, приезжавшим домой на каникулы, что участвовал в учреждении нескольких школ. По сведениям Министерства народного просвещения, в 1870-1890 годах в Симбирской губернии было открыто более 400 сельских школ и училищ.

Александр Николаевич Порфирьев очень хотел, чтобы один из его сыновей стал священником. Поэтому Алексей окончил Симбирскую духовную семинарию, Санкт-Петербургскую духовную академию в 1882 со степенью кандидата богословия. Но от отца он унаследовал любовь к педагогической деятельности и стал церковным педагогом.

Уже к началу 1890-х годов священник становится в губернии весьма заметной в общественной жизни фигурой. Порфирьев начал преподавать в Мариинском женском благородном институте, епархиальном женском училище, мужской классической гимназии Закон Божий. В Нижегородской духовной семинарии он читал интереснейшие лекции по русскому расколу и обличительному богословию. Ректор назначил Порфирьева библиотекарем семинарии, благодаря чему книжные и журнальные поступления стали более систематическими и обширными. Кроме того, священник служил в Никольской церкви и был 1-м помощником благочинного 1-го округа Нижнего Новгорода. Благодаря браку с Ольгой Михайловной Костровой, внучкой священника Никольской церкви А.И. Добролюбова и племянницей демократического литератора и философа Н.А. Добролюбова, Порфирьев вошел в родственные и дружеские отношения со многими нижегородскими семействами. Жил он с семьей в ту пору в доме Ростовского в Петропавловском переулке невдалеке от храма.

Значительную роль играл Алексей Александрович в православном братстве Святого Креста, в котором исполнял обязанности делопроизводителя. Председателем братства в 1880 году был ректор духовной семинарии протоиерей А.И. Стеклов, непосредственный начальник Порфирьева, глубоко уважавший подвижнические деяния церковного педагога. Порфирьев постоянно проводил беседы со старообрядцами в семинарской церкви, в братстве Святого Креста, присоединил своими стараниями на ниве духовной из раскола к православию немало нижегородцев. В сентябре 1892 года батюшка проводил беседы в Васильском уезде со старообрядцами и там в долгом диспуте с раскольническим начетчиком Токаревым одержал верх, что произвело на местных жителей огромное впечатление и побудило некоторых выйти из раскола.

В конце XIX столетия о. Алексей как специалист по старообрядчеству неоднократно привлекался губернской властью к разрешению некоторых конфликтных ситуаций, и тогда он не только посетил наиболее крупные скиты, но и детально описал их устройство, жизнь насельников.

В 1895 году за отлично-усердную службу по духовному ведомству протоиерей Алексей Порфирьев был удостоен наперсного креста. К этому времени он служил священником кремлевского собора Святого Михаила Архангела.

Отец Алексей Порфирьев неплохо владел пером и иногда публиковал свои материалы в "Нижегородских Епархиальных ведомостях", с редакцией которых плодотворно сотрудничал. В 1916 году он стал председателем издательской комиссии "Нижегородского церковно-общественного вестника". С 1908 года о.Алексей возглавлял издательскую комиссию епархии. Ему принадлежала идея издания ежедневной церковной газеты для народа, которая, к сожалению, не осуществилась из-за трагических для России событий октября 1917 года. До последнего о. Алексей активно работал в Нижегородской Губернской Ученой Архивной комиссии, занимался изучением и описанием архивов нижегородских церквей, был большим знатоком истории русского Православия. В 1912 году Комиссия торжественно отмечала свое 25-летие. Из изданной специально к этому важному событию в научной и культурной жизни губернии брошюры хорошо видно, что Порфирьев отдавался историческому краеведению с небывалой страстью, участвовал во всех заседаниях, невзирая на колоссальную загруженность.

В 1896 году при проведении в Нижнем Новгороде Всероссийской промышленной и художественной выставки о. Алексей добился средств на реставрацию древнейшего городского храма Михаила Архангела в Нижегородском кремле и самолично контролировал ход восстановительных работ.

Счастливая звезда его на общественном небосклоне восходила все выше и выше. Из "Списка лиц, служащих в духовной семинарии" за 1903 год известно, что 48-летний А.А. Порфирьев был награжден орденами Святого Равноапостольного князя Владимира IV степени и Святой Анны II и III степеней, на основании чего согласно Российского законодательства того времени получил потомственное дворянство. Он был также отмечен всеми церковными наградами того времени. В 1912 году о. Алексей Порфирьев единогласно был избран кандидатом в депутаты от нижегородского духовенства в 4-ю Государственную Думу. В феврале 1913 года состоялся съезд губернских священнослужителей, на котором о. Алексей был единодушно выдвинут председателем.

6 августа 1914 года состоялся очередной епархиальный съезд, на котором депутаты во главе с протоиереем Алексием Порфирьевым обратились к Преосвященному Назарию (Кириллову) за благословением о совместном молебне за победу российского оружия, который и был торжественно отслужен.

В мае 1915 года, как сообщает "Нижегородский церковно-общественный вестник", Государь соизволил пожаловать протоиерею Алексею Порфирьеву золотой наперсный крест с украшением из собственного кабинета Его Императорского Величества. В знак признания заслуг священника и дворянина перед Отечеством ему была назначена пожизненная пенсия от Епархии в размере 1800 рублей в год.

Между тем о. Алексей за штат не вышел и продолжал свою не только церковную, но и обширную общественную деятельность. Он был членом совета женского епархиального училища от духовенства, занимался богоугодными благотворительными акциями, активно работал в Нижегородском отделении Императорского Православного Палестинского общества, в Нижегородской Губернской Ученой Архивной комиссии. Кроме того, Порфирьев состоял в Иоанно - Дамаскинском братстве, занимался сбором посильных пожертвований на пособие воспитанникам духовной семинарии. На многих фотографиях до 1917 года его можно увидеть рядом с губернатором, архиереем, губернским предводителем дворянства, другими значимыми лицами. Ему доводилось встречаться с высшими сановниками государства, например, подносить памятный адрес от нижегородцев графу С.Ю. Витте, давать объяснения о городских церквах егермейстеру царского двора министру внутренних дел Д.С. Сипягину и так далее.

1.2 «Церковь – школа» – одна из форм работы в области религиозно-нравственного воспитания детей

Начало 1880-х годов – время усиления акцента правительственной политики Александра III на русскую « национальную самобытность». Она связана с деятельностью обер-прокурора Святейшего синода К.П. Победоносцева, выразившего официально-монархические взгляды в принципах концепции народной школы. Ставя перед школой задачу воплощения в реальность идеи национального воспитания, К.П. Победоносцев во многом опирался на религиозно-педагогические воззрения С.А. Рачинского и следовал его теории церковности как неотъемлемого свойства русской народной школы.

Представитель социально-религиозного направления педагогической мысли России конца XIX века С.А. Рачинский рассматривал процесс воспитания как путь приобщения к общечеловеческим ценностям через христианскую религию. С.А. Рачинскому личность ребёнка представлялась не изолированно, не развивающаяся сама по себе, а только в соприкосновении с Богом и социальной средой. Представляя русскую христианскую церковь носительницей церковно-национальной, коллективной идеи, С.А. Рачинский считал «религиозный строй воспитания неизбежным для русских школ», ибо « цель обучения – это, прежде всего, воспитание души». Этот идеал воспитания С.А. Рачинский пытался осуществить в народной, церковно-приходской школе». Он указывал на «приход как на ту местную территориальную единицу, которая может и создавать и заведовать школой».

13 июня 1884 г. утверждаются Правила о церковно-приходских школах, согласно которым создавались два типа школ: одноклассные и двуклассные, подчинённые исключительно духовенству, а так же училища простейшего типа, так называемые школы грамоты, где обучение ограничивалось лишь умением читать, писать и считать. Право открытия церковноприходских школ принадлежало приходским священникам и другим членам причта по утверждению епархиального архиерея. Открытие школ духовного ведомства в Нижнем Новгороде следует отнести к 1884 г. – времени утверждения правил о церковно-приходских школах. В 1886 году в Нижнем Новгороде было 3 церковноприходских школы, к началу 1890-х они размещались при церквах и находились в ведении особого епархиального совета и приходского духовенства. В церковноприходских одноклассных школах преподавались Закон Божий (изучение молитв, Священной истории, объяснение богослужения, краткий катехизиз, церковное пение, чтение книг церковной и гражданской печати, письмо, начальные арифметические сведения. В двухклассных церковноприходских школах, кроме того, преподавались «сведения по Истории Церкви и отечества».

В 1896 г. достижения церковноприходского начального образования демонстрировались в специальном павильоне Церкви-школы на XVI Всероссийской промышленно-художественной выставке в Нижнем Новгороде, получив высокую оценку императора Николая II. В конце XIX- начале XX в. Эти учебные заведения, несомненно, сыграли немаловажную роль в начальном народном образовании.

На долю архипастыря Владимира выпало нелегкое бремя забот по устройству церковно-школьного отдела на знаменитой Всероссийской выставке 1896 года, проходившей в Нижнем Новгороде.

Всероссийская промышленная и художественная выставка 1896 года стала крупным событием для города. Впервые демонстрация достижений России проходила не в одной из столиц, а в губернском Нижнем, на котором державная воля остановила свой выбор. В дни проведения выставки Нижнему Новгороду была оказана царская милость: император Николай II с супругой посетили наш город. В первый же день своего пребывания Их Императорские Величества изволили, при колокольном звоне всех церквей, прибыть в Спасо-Преображенский кафедральный собор, где были встречены епископом Владимиром и высоким духовенством. Когда Их Величества, вступив в собор, заняли места против иконы Спаса Нерукотворного, Преосвященный Владимир обратился к императору с проникновенной речью, в которой выразил надежду на то, что эта Всероссийская выставка послужит «залогом нового и нового всестороннего правильного развития нашего отечества».

На Всероссийской выставке перед Нижегородской епархией стояла важная задача – показать деятельность совершенно нового типа русской православной школы. С этой целью на выставке был открыт павильон "церковь-школа".

В начале 90-х годов XIX века образовались новые типы школ: церкви-школы и воскресные школы.

XVI Всероссийская выставка отразила этот разлом в педагогике, где её достижения были представлены и в XIX научно-учебном отделе в главном павильоне, и в специально выстроенном – церкви-школе. Приоритет зримо был отдан православно-традиционной форме воспитания и обучения.

Здание церкви-школы возвышалось на открытой площадке в юго-западной части выставочной территории, выделяясь оригинальной, выполненной в византийско-русском стиле постройкой по проекту академика архитектуры М.Преображенского. В отличие от других экспонатов временного пользования церковь-школа строилась с расчётом перемещения её в Гордеевку или в Сормово. Но из-за дороговизны и трудноисполнимости этого оставили экспонат как место учёбы для пригородных селений Н.Новгорода.

Выставочная церковь-школа была образцом закрытого типа образования, предусматривавшего не только учёбу, но и совместное проживание учащих и учащихся.

Естественным духовным центром и душой школы была церковь, расположенная в верхнем этаже здания. Деревянный резной иконостас школьного храма был дивным экспонатом иконописных монастырских школ двух женских монастырей Нижегородской епархии: Серафимо-Дивеевского и Серафимо-Понетаевского. Обращали внимание мозаичные иконы, что было новым явлением в возрождающемся искусстве иконописи.

Четыре классные комнаты, примыкая к церкви с обеих сторон, образовывали два крыла, веерообразное расположение которых давало возможность при помощи створчатых дверей увеличивать объём храма. В то же время при необходимости мог быть закрыт особой створчатой стеной, и тогда средняя часть храма обращалась во вместительную залу для бесед, спевок и концертов. В нижнем этаже помещались общежитие для учащихся. Общая столовая, спальные комнаты, квартиры учителей, кладовые, кухня.

В помещении храма экспонировались достижения православной педагогики, которые выходили за рамки церковно-приходского обучения и представляли педагогическое искусство того времени. Особо помещалась образцовая церковно-школьная библиотека, состоявшая из учебников, учебных пособий, книг для внеклассного чтения. К ней примыкала образцовая уличная библиотека, созданная с целью поддержания и распространения религиозно-нравственного просвещения народа. Во входной лавке церкви-школы ежедневно шла продажа книг, иконографических изображений на бумаге, дереве, папье-маше. Отличавшихся необыкновенной дешевизной: стоимость их начиналась с одной копейки.

Учебно-методическая деятельность была представлена многочисленными методическими работами, отчётами, фотографиями, ученическими работами, из которых наиболее интересными были творческие рассказы на тему "Замечательные случаи из моей жизни".

Работы по чистописанию показывали образцы письма под углом 45-50 градусов и модного тогда прямого вертикального письма, достоинством которого отдавалось предпочтение.

Новшеством было обучение церковно-славянскому письму, что вызвало отрицательную реакцию у противников церковного образования, тогда как возраставший интерес к древнерусской культуре, открываемой тогда памятникам древнерусской, близкой к церковно-славянской словесности вызвал потребность в таких знаниях.

Особый род школьной литературы был представлен дневниками учащихся Свято-Владимирской школы, в которой каждой ученице старшего возраста поручалось воспитание одного из детей младшего возраста, отчёт о котором отражался в педагогическом дневнике.

Большое значение в обучении придавалось музыкально-художественному мастерству. Сочинения по истории и теории церковного пения. Нотные издания разных типов, музыкальные инструменты, камертоны и даже физгармония, изготовленные в школьных мастерских, наряду с многочисленными образцами рисовального дела демонстрировали успехи эстетического воспитания.

Видное место было отведено прикладной части обучения – ручному труду. Образцы вязания и шитья, национальные костюмы. Предметы домашнего обихода: сапоги. Туфли. Галоши, ремни; столярного ремесла: столы. Стулья, ширмы. Шкатулки. Рамки; кузнечно-слесарного мастерства: подковы, ножи, замки, переплётные станки – всё это удостоверяло в жизненности и полезности соединения духовности и практичности в системе обучения, представленного в церкви-школе.

Всё это позволяет судить о богатстве содержания и методическом совершенстве ведущего в конце XIX века церковно-школьного направления в народном образовании.

"Церковь–школа"-единственный выставочный павильон, сохранившийся до наших дней, правда в очень искажённом виде. Были полностью снесены барабаны с луковичными главками. Его не постигла участь экспонатов, разобранных и утраченных после выставки. В июле 1994 года группа студентов-практикантов архитектурного факультета Нижегородской архитектурно-строительной академии обнаружила этот уникальный памятник. Сегодня это обычный жилой дом.

1.3 Деятельность протоиерея Алексия Порфирьева в области представления педагогического опыта церковно-приходских школ

К самому широкому участию во Всероссийской промышленной и художественной выставке активно готовилась Нижегородская епархия Русской Православной церкви. В мае 1895 года председателем постоянной исполнительной комиссии при Нижегородском епархиальном училищном совете по устройству подотдела церковного образования и постройке здания церкви-школы был назначен настоятель Михаило-Архангельского собора протоиерей Алексей Александрович Порфирьев. Выбор священника на такую ответственную должность был утверждён епископом Нижегородским и Арзамасским Владимиром. Как впоследствии отмечалось в представлении архиерея на имя обер-прокурора святейшего Синода К.П. Победоносцева, отец Алексей полностью посвящал себя наблюдению за строительством церкви-школы, и "действительно, Благодаря его заботам, здание было выстроено своевременно и оказалось одним из лучших на выставке". Именно трудами старательного протоиерея на выставке были открыты дешёвая чайная для учителей и учительниц церковно-приходских школ, посещавших выставку, а также образцовая начальная школа грамоты с хорошо оборудованной читальней.

Епископ Нижегородский и Арзамасский Владимир в марте 1897 года представил отличившегося священника к награждению золотым наперсным крестом из собственного кабинета Его Императорского Величества. Обер-прокурор Святейшего Синода К.П. Победоносцев доложил о представлении Императору, и тот, отметивший старательного протоиерея, "соизволил всемилостивейше причислить его к кавалерам ордена Святой Анны II степени".

Отец Алексей принял на себя сложные обязанности по заведыванию строительством образцовой церкви-школы, которая должна быть представлена на выставке. Почти ежедневно он встречался с администрацией выставки, решал организационные и финансовые вопросы с подрядчиками и архитекторами. Под его постоянным контролем проходил тщательный отбор экспонатов от различных епархиальных учреждений из уездов и следующее их размещение в отведённых подотделу помещениях. С начала июля 1896 года отец Алексей также исполнял обязанности эксперта в утверждённой администрацией выставки экспертной комиссии научно-учебного отдела.

Протоиерею А. Порфирьеву выпала высокая честь сопровождать и давать пояснения императору Николаю II, великим князьям. Министру финансов С.Ю. Витте, представителям Святейшего Синода и другим именитым гостям выставки. Школа грамотности вызвала у государя императора неподдельный интерес, и он тепло поблагодарил отца Алексея за проявленное усердие и подробное освещение увиденного.

Примечательно, что протоиерей А.А. Порфирьев в дальнейшем неоднократно удостаивался аудиенций у императора Николая и стал кавалером ордена Святого Владимира 4-й степени, других высоких наград, а также получил личные подарки от царской семьи.

1.4 Нравственный и гражданский подвиг протоиерея Алексия Порфирьева

Трагические события 1917 года изменили привычный мир русского человека. В октябре в результате государственного переворота к власти пришли большевики. Почти сразу они начали наступление на Русскую Православную Церковь. Одним из первых законов советской власти был Декрет об отделении Церкви от государства и от школы.

Из Святейшего Правительствующего Синода следовал указ Преосвященному Иоакиму, архиепископу Нижегородскому и Арзамаскому от 30 сентября 1917 г. за № 8898, по делу об охране храмов от разбойничьих нападений, в котором предлагалось «поручить епархиальным начальствам, чтобы оно обратилось к своим прихожанам с призывом организовать их силами и средствами возможную на местах охрану церквей и их достояний».

Отмена преподавания в школе Закона Божьего вызвало у народа бурю негодования. Этому свидетельствует протокол заседания приходского собрания с. Н. Дмитриевка Ардатовского уезда о протесте против отмены преподавания в школах "Закона Божия". 350 прихожан заявляли, что « Население с. Н. Дмитриевка, ознакомившись со статьей под заглавием "отделение церкви от государства и школы", помещённом в №13 газеты "Известия Петроградского Совета Рабочих и Солдатских депутатов, а так же ознакомившись с теми мерами, кстати сказать, удивительными в свободной России, какие употребляет кучка атеистов из Министерства Народного Просвещения – относительно изгнания из школы закона Божия – пришло во времени великое негодование по поводу сего.

Спрашивается – кто дал право так нагло смеяться над святым местом в душе человека, которое занимает Закон Божий?

Вот мы Н. Дмитриевцы, занимаясь и лето и зиму грязной работой по выгонке и возке угля и дров на Выксунские заводы, зачастую не имеем возможности сказать нашим детям двух-трёх ласковых слов, отдыхаем только в дороге. Кто же сообщит нашим детям высокие христианские истины, то святое – пред которым мы по глубокой вере благоговеем. Кто как не пастыри в тихой беседе и в школе. Нам приятно бывает слышать или читать, как воин, солдат геройски умер от ран или в бою, но насколько высоко, насколько нужно будет для нас и детей знать жизнь, дела, чудеса и страдания, обстоятельства воскресения Спасителя.

Должно быть обращено самое серьёзное внимание тому, чтобы дети прошли через Закон Божий и равенство, и братство, и свободу и всё хорошее и честное.

Совету Рабочих и Солдатских депутатов выражаем горячий протест за такое выступление.

Что касается Министерства Народного Просвещения, то оно должно знать и помнить, что русский человек всё может простить, но не простит и не допустит посмеяться над тем святым для него чувством, которое он бережёт и хранит как драгоценность.

И если изгнание Закона Божьего будет допущено, то пусть для нас 3000 жителей школа будет закрыта.

Такова воля народная нашего прихода.

Мы прихожане и прихожанки из Покровской церкви с. Ново Дмитровки горячо приветствуем революцию и безконечно радуясь облегчению нашей истрадавшейся народной жизни. Надеемся, что революция устроит нашу духовную жизнь.

Покровской церкви члены приходского собрания.

Священник Вербицын».

7 июня 1918 вместе с епископом Лаврентием (Князевым) и бывшим губернским предводителем дворянства Алексеем Нейдгардтом Алексий Порфирьев подписал воззвание к пастве от имени съезда духовенства, призывающее протестовать против закрытия православных храмов, монастырей и конфискации церковного имущества.

Спустя некоторое время губисполком в ответ на сопротивление духовенства рьяно начал осуществлять мероприятия по отделению школы от церкви. Отряд красных латышей и сотрудников ЧК был выделен специально для этих целей. В результате лучшее в Поволжье женское епархиальное училище было закрыто, при этом, естественно, разграблено и передано после принудительного выселения воспитанниц какому-то военному учреждению. Вслед за этими действиями последовали аресты многих священнослужителей: иереев Ф. Красильникова Н. Шипкова, Лысковского протоиерея С.Знаменского, архимандрита Оранского монастыря Августина и других.

Протоиерей Алексей Порфирьев предпринял неоднократные попытки вступиться за арестованных, которым власти грозили судом революционного трибунала. Заслуги на этой ниве прекрасно отражены в благодарственном адресе, преподнесенном священниками отцу Алексею в лето 1918 года. Они с умилением писали, что, когда "тяжелое время переживает наша родная Православная Церковь", сей пастырь, "невзирая на свой почтеннейший возраст (Порфирьеву только что исполнилось 63 года), на массу дел, несомых на благо епархии, возвысил свой голос и наметил нам путь к объединению". С гневом священники осудили гнусную провокацию, учиненную сотрудниками губернского исполкома против Порфирьева, когда те "даже епархиальной печатью воспользовались, чтобы сделать неприятное" стойкому протоиерею.

В конце июня состоялось губернское епархиальное собрание, на котором единогласно были избраны председателем епископ Лаврентий (Князев), а товарищем председателя - протоиерей Алексей Порфирьев. Вскоре по городу поползли слухи о том, что власти замышляют против популярного в народе протоиерея недоброе. Однажды о. Алексей вышел из дома ранним утром и с изумлением увидел нескольких своих прихожан, которые пояснили, что решили охранять "своего батюшку". Конечно, отец Алексей был для губернских властей человеком мятежным, ярым приверженцем самодержавия, контрреволюционером, но его авторитет в городских кругах пока не позволял прямо прибегнуть к расправе.

В начале августа в Нижний Новгород пришла знаменитая своей дикостью и цинизмом директива большевистского вождя о "наведении массового террора". Руки палачей были теперь совершенно развязаны. Созданный для узаконенных убийств военно-революционный комитет сразу же принял решение "патронов на буржуазию не жалеть". Как писал впоследствии историк С.Мелыунов, "смертная казнь в 1918 году была восстановлена в пределах, до которых не доходила никогда при царском режиме". Достаточно взглянуть лишь в один из выходивших тогда жутких "Еженедельников ЧК", где сообщалось, что только осенью 1918 года в Нижнем Новгороде "расстрелян 41 человек из вражеского лагеря", а еще до 700 дворян, священнослужителей, просто интеллигентов и бывших чиновников взято заложниками для наведения "революционного порядка".

1 августа епископ Лаврентий (Князев) и А.А. Порфирьев созвали собрание духовенства и мирян, на котором в присутствии более 200 человек было принято воззвание. В нем шла речь о том, что безбожное большевистское правительство "осуществляя свой декрет об отделении Церкви от государства, отняло у духовенства казенное жалованье, причем захватом капиталов Святейшего Синода оно лишило даже пенсии заштатное и сиротствующее духовенство. Были в воззвании и такие страстные слова: "И вы, православные христиане, спешите на помощь своей Матери Церкви... Спешите со своими жертвами, ибо вы обязаны это сделать. Волею Божиею вы призваны к самому церковному строительству. Во имя этого строительства весь свой разум, всю свою волю, все свое сердце посвятите Божиему делу. Все вы откликнитесь на зов Церкви. Посему "облечемся во вся оружия Божия", чтобы смело, безбоязненно выйти на дело строительства церкви Нижегородской". 17 октября по ордеру ГубЧК ее сотрудник Бредис произвел в доме Порфирьева скрупулезный обыск, во время которого изъял все бывшие у семьи наличные деньги - 42 рубля. Отца Алексея тогда арестовали и до 30 октября томили в тюремной камере. После ареста о. Алексея не вызвали ни на один допрос, и у него сложило впечатление, что его освободят. В день перевода в тюрьму ЧК, накануне празднования иконы «Всех скорбящих радости» [1], у него было особенное настроение, и, прощаясь со всеми в камере, он говорил, что уверен — идет на волю. Допрос начался, согласно протокола, в три часа дня. О. Алексея Порфирьева обвиняли в политической деятельности, которую он проводил в губернии совместно с епископом Лаврентием. Особо интересовали чекистов отношения протоиерея с патриархом Тихоном. Отец Алексей пояснил, что с предстоятелем Русской Православной Церкви он участвовал в совместных торжественных церковных службах, а встречался с ним в Москве исключительно по делам духовным. 5 ноября чекисты предложили протоиерея Алексею свободу взамен на публичный отказ от священного сана и дачу ложных показаний против Епископа. Получив категорический отказ, чекисты зверски избили батюшку, а на следующее утро объявили, что он будет вечером расстрелян. После вынесения приговора о. Алексей заплакал, переживая за судьбу своей семьи. Дело было уже решенным, потому что на протоколе уже появилась размашистая роспись одного из руководящих палачей. Спустя несколько часов в одном из помещений ГубЧК, которая находилась на Малой Покровской улице, собрали епископа Лаврентия, протоиерея Порфирьева и губернского предводителя дворянства Нейдгардта. Владыка причастился Святых Даров, причастил обоих узников. Ночью их привели в низину Жандармского оврага недалеко от ГубЧК (ныне, возможно, там установлен деревянный крест). Несколько красных бойцов, бывших в душе людьми богобоязненными, наотрез отказались стрелять. Старший наряда послал в ЧК одного из солдат, и вскоре поспешно прибежали несколько вооруженных латышей. Все это время жертвы пламенно молились. Латыши прогнали русских солдат и затем бесстрастно расстреляли обоих священнослужителей и Нейдгардта. Это случилось 6 ноября 1918 г. После казни духовных пастырей началась разнузданная и безжалостная кампания по уничтожению духовенства. В октябре 1918 г. Нижегородская губчека выпускает листовку "К расстрелу епископа Лаврентия и протоиерея Порфирьева". В ней давался ответ на запрос патриарха Тихона в Совнарком о причинах расстрела епископа Лаврентия: " До тех пор всех этих господ архиереев советская власть будет расстреливать, пока окончательно не сломит, не задавит преступную контрреволюционную деятельность высших иерархов среди низших своих соратников и всего народа Республики Российской". Епископ Лаврентий и протоиерей Порфирьев обвинялись в распространении по губернии воззвания с призывом к народу восстать против Декрета об отделении церкви от государства, другими словами – восстать против советской власти. С. 269.

Реабилитирован Алексей Александрович Порфирьев был после настоятельных обращений родственников в соответствующие государственные инстанции только в мае 1992 года. В 2000 все три расстрелянных новомученика были канонизированы Юбилейным Архиерейским собором Русской православной церкви. В 2003 в Михаило-Архангельском соборе в нижегородском Кремле была установлена икона святого Алексея Порфирьева. Эта была первая нижегородская икона святому, погибшему за веру в советское время.

Заключение

Жизненный путь нашего земляка протоиерея Алексея Порфирьева является примером самоотверженного служения Богу, Церкви, Отечеству. Он был мужественным и стойким человеком, который принял мученическую смерть, но остался верным православным ценностям, своей совести, своим принципам.

Поле деятельности Алексея Порфирьева обширно, протоиерей принимает активное участие в жизни епархии, жизни родного города. Имя Алексея Порфирьева постоянно встречается на страницах местной печати. Протоиерей Алексей имел свою твёрдую гражданскую позицию, ни одно из событий, которыми было богато начало XX века не оставило его равнодушным. Не случайно он был отмечен всеми церковными наградами своего времени. Александр III, а в последствии и Николай II, были информированы о деятельности Алексея Порфирьева, не раз отмечали его своими знаками внимания. В 1912 году протоиерей Алексей Порфирьев единогласно был избран кандидатом в депутаты от нижегородского духовенства в 4-ю Государственную Думу. 6 августа 1914 года состоялся очередной епархиальный съезд, на котором депутаты во главе с протоиереем Алексием Порфирьевым обратились к Преосвященному Назарию (Кириллову) за благословением о совместном молебне за победу российского оружия, который и был торжественно отслужен.

Но особое место в жизни протоиерея Порфирьева занимает педагогическая деятельность. И это неслучайно, ведь отец Алексея Порфирьева – Александр Порфирьев был прекрасным педагогом, отдавшим работе с детьми большую часть своей жизни. Алексей Порфирьев преподавал во многих учебных заведениях Нижнего Новгорода, например, в Нижегородской духовной семинарии, женском епархиальном училище.

В 1896 г. достижения церковноприходского начального образования демонстрировались в специальном павильоне Церкви-школы на XVI Всероссийской промышленно-художественной выставке в Нижнем Новгороде, получив высокую оценку императора Николая II. Здесь было широко представлено методическое, техническое и материальное обеспечение церковно-приходских школ, работы воспитанников этих заведений. Всё это позволяло судить о богатстве содержания и методическом совершенстве ведущего в конце XIX века церковно-школьного направления в народном образовании. То, что павильон Церковь – Школа являлся ярким примером совершенно нового типа русской православной школы, несомненно, было заслугой протоиерея Алексия Порфирьева, результатом его добросовестной деятельности, энергии, трудолюбия.

Примечательно, что Павильон "Церковь – Школа" – единственный из всех павильонов Всероссийской выставки, который сохранился до наших дней. До революции 1917 года он являлся местом учёбы для пригородных селений Н. Новгорода. За годы советской власти павильон претерпел значительные изменения, но многие детали оригинальной архитектуры сохранились и по сей день. Сегодня это обычный жилой дом.

После революции 1917 года Алексей Порфирьев не меняет своих убеждений. Новая, беззбожная власть не смогла запугать протоиерея, он, далеко немолодой человек, по - прежнему бесстрашно, открыто и честно отстаивает истину, заступается за арестованных, борется за права Русской Православной Церкви. Так же мужественно держался протоиерей Алексей в застенках ЧК на Воробьёвке. После ареста чекисты предложили протоиерею Алексею свободу взамен на публичный отказ от священного сана и дачу ложных показаний против Епископа. Получив категорический отказ, чекисты зверски избили батюшку, а вскоре, вместе с епископом Лаврентием и предводителем дворянства Нейгардом, он был расстрелян. Жизнь и мученическая кончина протоиерея Алексия Порфирьева может служить для современной молодёжи примером стойкости, мужества, беззаветной веры в Бога.

Доклады конференций и круглых столов

Духовные наставления Святых Отцов

Если не можешь петь и читать, то в минуту брани поминай имя Иисусово: «Господи, Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя, грешного». Стой у креста и врачуйся плачем своим.

Архимандрит Иоанн (Крестьянкин).

Читать больше